ПРИЗЫВАЮ ВСЕХ КРЕДИТОРОВ К КОНСТРУКТИВНОМУ СОТРУДНИЧЕСТВУ

16 октября 2017 Все новости

— Роман Владимирович, банкротство ЭНЕКСа, когда-то успешной инжиниринговой компании, участвовавшей во многих проектах в сфере энергетики, по-прежнему вызывает вопросы. В частности, некоторые субподрядчики строительства транспортно-логистического комплекса «Южноуральский» высказывают мнение о возможности преднамеренного банкротства. Насколько я знаю, в вашем отчете, подготовленном по результатам процедуры наблюдения, также содержится информация о выявленных признаках преднамеренного банкротства. Можно ли сказать, что вы согласны с мнением субподрядчиков?

— Сразу оговорюсь, что я не обсуждал с представителями субподрядчиков ТЛК «Южноуральский» эту тему, поэтому могу судить об их аргументации исключительно по газетным публикациям. Но из того, что я читал, у меня сложилось мнение, что мы с ними все-таки говорим о разных вещах, хотя и пользуемся одним термином.

— В чем разница?

— В силу своих служебных обязанностей арбитражный управляющий обязан провести анализ финансового состояния должника, чтобы определить глубину существующей проблемы. Это комплексная работа, которая включает в себя в том числе выявление признаков преднамеренного банкротства. Мы используем стандартную методику, утвержденную Постановлением правительства. Вначале смотрим на различные финансовые коэффициенты, характеризующие платежеспособность должника, выявляем периоды, когда они снизились. Затем анализируем сделки, заключенные должником в периоды резкого ухудшения платежеспособности.

В случае ЭНЕКСа резкое снижение коэффициентов платежеспособности фиксируется с конца 2013 года. Мною проанализировано более 3150 сделок ЭНЕКСа, из них 63 сделки по различным основаниям отнесено к подозрительным. Абсолютное большинство подозрительных сделок имело место в период с 2014-го по начало 2016 года. Наличие таких сделок, с точки зрения применяемой нами методики, трактуется как признаки преднамеренного банкротства.

Но я хочу оговориться, что к категории «подозрительных» мы относим сделки по формальным характеристикам, речь не идет о том, что все они имели криминальный характер и привели к банкротству предприятия. С ними еще предстоит разбираться, изучить более пристально.

Теперь, что касается субподрядчиков. Насколько я понимаю их позицию, они намекают на то, что некие люди из числа руководства ЭНЕКСа сознательно инициировали банкротство, чтобы не рассчитываться по долгам, оставшимся после строительства ТЛК «Южноуральский». Я с подобной трактовкой согласиться не могу. Во-первых, как я уже упоминал, проблемы с платежеспособностью ЭНЕКСа фиксируются еще в 2013 году, когда строительство ТЛК только начиналось. Во-вторых, проведенный мною анализ показывает отсутствие признаков фиктивного банкротства: то есть существующие долги являются реальными и их погашение в рамках хозяйственной деятельности либо за счет имеющихся активов не возможно. В-третьих, долг перед субподрядчиками ТЛК «Южноуральский» — это ничтожная часть общей долговой нагрузки ЭНЕКСа: порядка 350-400 млн руб. из 9 млрд. Образно говоря, это лишь капля в море.

— Тогда чем, на ваш взгляд, вызвано банкротство? Что послужило его причиной?

— На мой взгляд, банкротство ЭНЕКСа стало результатом совокупности факторов. Среди основных, которые привели к потери управляемости в компании, я бы выделил некомпетентность бывшего руководства, которое в 2012-2015 гг. наращивало количество реализуемых проектов при неспособности эффективно управлять этим портфелем заказов. Крайне плохо, даже провально была выстроена работа с заказчиками и контрагентами. Наверняка важную роль сыграли и злоупотребления бывшего менеджмента. Окончательную точку в этом вопросе должен поставить суд, я могу ссылаться только на то, что в настоящее время расследуется уголовное дело, возбужденное по заявлению последнего гендиректора компании Дмитрия Глямшина. Насколько я знаю, еще несколько заявлений о предполагаемых злоупотреблениях находится на стадии доследственной проверки.

— Говоря о возможных злоупотреблениях бывшего менеджмента, вы кого имеете в виду?

— Как я уже сказал, вопросы возникают по периоду с 2013 по первую половину 2016 года. В это время предприятием руководил Сергей Инков.

— Вы упомянули, что общий долг ЭНЕКСа перед кредиторами составляет около 9 млрд рублей. А активы? На что могут рассчитывать кредиторы по результатам завершения процедуры конкурсного производства?

— Пока все суммы не окончательны, поскольку у нас еще не сформированы ни реестр кредиторов, ни конкурсная масса (это совокупность активов должника, за счет продажи которой удовлетворяются требования кредиторов).

— Хотя бы предварительно можете назвать ориентиры?

— На текущий момент установленный долг ЭНЕКСа превысил 8,6 млрд рублей. Инвентаризация активов пока не завершена, но я могу предположить, что совокупная стоимость имущества ЭНЕКСа, а также имеющаяся дебиторская задолженность вряд ли могут быть соотнесены с суммой долга.

— На что в таком случае могут рассчитывать субподрядчики строительства ТЛК «Южноуральский»? Они уже высказали опасение, что из-за огромного долга перед Газпромбанком им ничего не достанется.

— По человечески я понимаю сложную ситуацию, в которой оказались субподрядчики строительства ТЛК, но Закон о банкротстве требует от меня действовать в интересах всех кредиторов, запрещает оказывать преференции какой-либо группе.

Существует закрепленная законом процедура погашения требования кредиторов и очередность платежей. Наши основные кредиторы являются равноправными кредиторами 3-й очереди и вправе рассчитывать на удовлетворение своих требований пропорционально сумме установленного долга.

Единственное, что можно сейчас пообещать, это то, что я намерен приложить максимум усилий, чтобы увеличить конкурсную массу. В частности, за счет дебиторской задолженности ЭНЕКСа. Крупнейший дебитор — заказчик строительства ТЛК «Южноуральский» — ООО «Ресурс», чей долг превышает 850 млн рублей. Эта сумма подтверждена решениями апелляционных судов.

Пользуясь случаем, призываю всех кредиторов, включая субподрядчиков, к конструктивному сотрудничеству в рамках процедуры банкротства, в том числе в деле истребования дебиторской задолженности.